Река
Много веков текла река,
Лаская берега,
Когда пришел к ней человек
Сказал, что он "глава",

Что он теперь глава всему -
Лесов, полей и рек.
Ты видно спятил, человек!
Тебе по жизни лишь всего
Отпущен только век.

И если в жизни ты своей,
Как говоришь, "крутой"
Тогда не спорю я с тобой,
Возьми меня с собой.

Я за тобою потеку,
С тобой буду всегда.
Ты будешь берегом моим,
Ласкать буду тебя.

Ну, что случилось, человек!
Вижу в глазах испуг.
Видно в словах своих "крутых"
Засомневался вдруг.

Мимо меня такие шли
Отборные полки,
Они в вечность все ушли..,
Туда уйдешь и ты.

Уж если хочешь быть главой,
Ты должен созидать:
Построить дом, сад посадить,
Природу ублажать.

А если ты простроишь мост,
Сомкнешь два берега,
То люди сами подойдут
И выберут тебя.

И будут вместе созидать,
Не разгибая спин,
Никто не сможет отрицать,
Что ты их властелин.

И если сеешь ты добро,
И силы есть у тебя,
Тогда ты смело говори,
Что ты теперь "глава"

Что ты теперь
Глава всему - лесов, полей, рек,
Тебе я только помогу,
Мой добрый человек.

ИНСТИТУТ
А институт, что на песках,
Был обречен, как неудачник.
Страна в секретность возвела
Под именем "почтовый ящик".

Забор бетонный – ворота,
Поверх колючка в три ряда.
Куда ни глянь, песок да сваи,
Железный хлам да пустота.

И три штабные БТРа,
Как будто, отзвуки войны
Стоят в песках и ловят эхо
Хмельной прибрежной тишины.

И видно, все же на антенны
Они сигнал поймать смогли,
Что институт - "почтовый ящик"
Назвали именем ЗЮИ.

Курсанты дружно посъезжались
И вместе, словно муравьи,
Собрали мусор - посжигали
Все подгребли и подмели.

Представьте... перед институтом
Аллея дивных алых роз
И карнавал белых берез,
И строй девиц - голубых елей,
Что ждут тепла, а не метелей.

Есть и другая красота -
Меж них пройдет залив Днепра
И мост сомкнет их берега.
Беседка пушкинской эпохи -
Собрать бы вместе эти крохи
И воплотить в одной мечте.

Я изменил тебе
Я изменил тебе, я соблазнился,
Была минута слабости,
А думал, что влюбился,
Как в юности.

Я не пошел к тебе. Не мог
Смотреть в глаза, но встречи я искал,
Чтоб твой услышать приговор. И знает Бог,
Я мучился, страдал.

Однажды тишину звонок взорвал:
"Предатель!" – одно лишь слово,
А больно, будто в сердце меч попал,
И ничего в ответ я не сказал.

Сказала: "Забудь, не приходи,
И если я смогу простить – приду сама".
Но отцвели сады, прошли дожди,
Снега упали, а ты не шла.

И сам я не посмел прийти к тебе,
Чтобы загладить след в твоей судьбе,
Чтобы не видеть печать в глазах,
Улыбки горькой на чувственных губах.

Вся боль излита, но помнятся поступки и слова,
Страдаем мы с тобой вдвоем.
А годы мчатся и улеглась людей молва,
Лишь плачет ветер в одиночестве моем.

Печаль
Мне скоро ничего не будет надо,
И ничего совсем не будет жаль.
Любовь утраты, счастье и страданья,
Уйдет все в тлен и радость, и печаль.
А жизнь была счастливой и прекрасной,
Я жил в любви, любил и был любим,
И если б можно заново родиться,
Я был бы снова в точности таким.
Любил бы снова!
Только вдвое больше,
И меньше спал,
Старался все успеть,
И те стихи, что не сложил я раньше,
Я постарался в песнях их допеть.

Сон
Я так родился, как и все
Тебя ваял Господь.
Он душу всю свою вложил,
Вживляя к плоти плоть.
Фигуру он твою слепил,
Смотрел со стороны
Взглянул и я, как хороша!
Там нет его вины.
Поправил плечи,
Шею чуть, и локоны слепил.
Мне кажется, я не дышал,
А он все мастерил.
Он все по памяти ваял,
И взялся за лицо,
Знакомо было мне оно,
Дышать стало легко
Я будто был с тобой знаком,
Раскосые  глаза,
Улыбка мне дарила жизнь
И строгие глаза
Смотрели так, как много лет
Я видел их всегда.
Ты была голенькой совсем,
В чем мама родила.
Взглянул на грудь
И был пленен.
Проснулся в тот же миг,
И понял я, что был то сон,
Ты рядышком лежишь.

УРОКИ ОТЦА
Ты снова повышаешь голос.
Я этого по жизни не терплю.
Отец учил:
"Всегда любить свободу,
И потому я тихо ухожу"
Отец учил:
"Ты с женщиной не спорь,
Она в природе.
Умна, красива, гениальна,
А гениальность заключается в одном:
Бог наградил ее редкостной чертой,
Что может спорить и сама с собой"

Душа и тело,
Под утро летним жарким днем
Душа прощалась с телом.
Она прощалась насовсем
И улетать хотела.

Но тело жалобно моля,
Не улетать просило.
Оно цеплялося за жизнь,
Но силы не хватило.

Прощай, прощай, моя душа,
С тобой мы жили дружно.
Трудился я "как старый вол",
Но расставаться нужно.

Пока еще я не родился
Пока еще я не родился:
Семь месяцев
Всего был срок,
Но до сознанья доходило,
Что получаю свой урок.

Еще лишен
Я что-то видеть,
Но рифму я воспринимал.
То папа маме каждый вечер
Свои стихи
Ей посвящал.

И вот сегодня
Ровно в полдень
Мне надоело молча ждать.
Я возмутился
И родился,
С тех пор я стал
Стихи писать.

Печаль
Мне скоро ничего не будет надо,
И ничего совсем не будет жаль.
Любовь утраты, счастье и страданья,
Уйдет все в тлен, и радость, и печаль.
А жизнь была счастливой и прекрасной,
Я жил в любви, любил и был любим,
И если б можно заново родиться,
Я был бы снова в точности таким.
ЛЮБИЛ БЫ СНОВА!
Только вдвое больше,
И меньше спал,
Старался все успеть,
И те стихи, что не сложил я раньше,
Я постарался в песнях их допеть.

Душа и тело
Под утро летним жарким днем
Душа прощалась с телом.
Она прощалась насовсем
И улетать хотела.

Но тело жалобно моля
Не улетать просило.
Оно цеплялося за жизнь,
Но силы не хватало.

Прощай, прощай, моя душа,
С тобой мы жили дружно.
Трудился я "как старый вол",
Но расставаться нужно.

КРАПИВА
Крапива, ты моя крапива,
До чего ты меня довела?
Ни любви от тебя, ни огня,
Только жалишь нещадно меня.
Я тебя, крапива, не пойму,
Я любовь к тебе в сердце несу,
А когда ухожу от тебя,
То на сердце одна лишь тоска.
Если жалишь - должна бы любить,
И обиды должна бы простить,
Для меня у тебя нету тепла,
И любовь у тебя только одна,
Где ты любишь лишь только себя.

Ну как тебя мне не любить?
Ну как тебя мне не любить?
Не целовать мне твои губы?
В них все есть: Нежность и любовь,
Огонь, вода и медны трубы.

Ну как тебя мне не любить?
Когда в любви я утопаю,
Тону, спасаюсь и бегу,
И вновь тону и выплываю.

Ну как тебя мне не любить?
Не целовать мне твои губы?
В любви тону, иду ко дну,
Обняв тебя, ищу я губы.